ENG
КОНТАКТЫ
МАТЕРИАЛЫ
ОПЫТ
УСЛУГИ
ОБ АГЕНСТВЕ
Ключевые изменения ко второму чтению
Законопроект о цифровой валюте и цифровых правах
Появилось новое понятие «информационная система оператора» (п. 24), уточнено понятие «оператора ИС» с привязкой к необходимости включения в реестр Банка России (п. 23), введен термин «размещение цифровых прав» (п. 22) и т.д. Прежняя отсылочная дефиниция «информационная система» (через ФЗ № 149-ФЗ «Об информации») убрана, но мотивы такой законодательной техники не уточнены. Круг эмитентов российских легальных токенов конкретизирован: прямо перечислены ЮЛ, ИП, ФОИВ, субъекты РФ и органы местного самоуправления.
Появилось понятие «цифровых акций»: введено отдельное точечное определение для цифровых финансовых активов, которые дают право их владельцу участвовать в капитале непубличного акционерного общества (ст. 2 ч. 1 п. 17).
Понятие «иностранных цифровых прав» было заменено на «иностранный цифровой инструмент». Законодатель прислушался к критике юридической техники, внес уточнение о том, что ИЦИ это «имущество», а также предусмотрел отдельный класс «беспоставочных ИЦИ, удостоверяющих денежные требования». По замыслу разработчиков, именно под данную категорию должны попасть самые распространенные стейблкоины: USDT и USDC, вероятно также и алгоритмические долларовые стейблкоины (см. консультативный доклад Банка России по стейблкоинам от 25 июня 2026 года). Теперь «цифровые права» относятся исключительно к легально выпущенным российским токенам, у которых есть юридически значимый документ «решение о выпуске цифровых прав».
Под организацией и обращением цифровой валюты теперь понимается сам переход валюты между обладателями и обслуживающие его действия - совершение и исполнение сделок, доверительное управление, учет, обмен и доступ к адресам. По сравнению с предыдущей редакцией законодатель решил сделать акцент на закрытом перечне определенных действий и видах встречного предоставления за сделки с цифровыми валютами. Это означает, что теперь практически каждая операция должна проводиться в легальном контуре.
1. Переработан и расширен понятийный аппарат
Во втором чтении законопроект
№ 1194918-8 дополняется целым блоком новых терминов, часть дефиниций были переписаны (ст. 2):

4. Смягчена позиция на вывод средств из цифровых депозитариев на Web3-кошельки

В новой редакции допустили использование некастодиальных кошельков («адресов-идентификаторов, не администрируемых ни одним депозитарием», ст. 31 ч. 8), однако пока с рядом условий:

🪐 48-часовой период охлаждения (ст. 45 ч. 7) по аналогии с банковским сектором, внедрившим заморозку для борьбы с кибер-мошенниками;

🪐 Лимит на вывод, устанавливаемый Банком России (ст. 31 ч. 11). На текущий момент, обсуждается цифра в 100 000 рублей, но будем надеяться на ее повышение до привычных для отрасли значений в 600 000 рублей. В целом подвижки в вопросе вывода на некастодиальные кошельки (например, одни из самых распространенных Trust wallet и/или Metamask) являются показателем смягчения регулирования в этой области;

🪐 Тем не менее, предусмотрена отчетность перед ФНС (статьи 12¹ ч. 2 173-ФЗ).
3. Разрешена токенизация недвижимости и иного реестрового имущества

В теории права существует категория «осознанного законодательного молчания», и либерализацию токенизации реестрового имущества следует признать таковой, рассмотрев в динамике.
Действующий ФЗ «О краудфандинге» в пункте 2 статьи 8 содержит прямой запрет на выпуск цифровых прав на имущество, права на которое подлежат государственной регистрации. Все выпуски ЦФА, ранее проходившие в РФ и так или иначе связанные с блокчейн-недвижимостью, выпускали токены на денежный поток от недвижимости, но не на сами квадратные метры, хотя именно этот криптоактив является самым ожидаемым среди массового потребителя.
В новом законе прямой запрет на токенизацию реестрового имущества законодателем осознанно снят, что придаст значительный прирост сегмента цифровых прав в РФ (в дополнение к открывшейся в первом чтении возможности создавать DAO путем выпуска токенов на акции непубличных АО).
2. Конкретизированы требования для крипто-обмена с лицензией и без

В первоначальной версии дозволялось не регистрировать ООО и не вставать в реестр обменников Банка России, если обороты не превысили 3,5 млн. Теперь требования конкретизированы непосредственно в законе:

🪐 Минимальный порог входа по капиталу составит 15 миллионов рублей;

🪐 Требования к серверам и софту придется согласовывать с ФСБ и ФСТЭК;

🪐 Необходимо проходить аудит и сдавать регулярную отчетность в Центробанк (ст. 44).
5. Либерализация требований к отчетности по крипто-транзакциям, но пока только для ВЭД

Общая логика выглядит так: россиянам разрешено иметь зарубежные аккаунты на кастодиальных и некастодиальных крипто-сервисах (адреса, находящиеся вне контроля российских депозитариев согласно ст. 12¹ 173-ФЗ), но они обязаны уведомить о них ФНС России, а также ежегодно отчитываться о движении крипты по ним. Механизм аналогичен отчетности по зарубежным банковским счетам. Кроме того, о своих биткоин-адресах уже несколько лет в налоговую службу отчитываются майнеры, и данный вид отчетности уже устоялся. Вместе с тем, ввиду прозрачности блокчейна (тем более, по сравнению с расчетным счетом в банке недружественной страны) требование о предоставлении отчетов об операциях изначально являлось избыточным.
Законодатель начал путь облегчения, причем как для себя (экономия на мощностях хранения), так и для пользователей (подготовка отчетности под угрозой штрафа): отменена отчетность по операциям, если одной из сторон транзакций выступает адрес в российском цифровом депозитарии (ст. 12¹ 173-ФЗ), ведь государство и так видит эти операции как на ладони.
Целесообразно продолжить данный вектор регулирования, освободив резидентов от отчетности при сумме транзакции меньше, например, 100 000 р.
6. Банки будут блокировать p2p-платежи и иные безналичные переводы «на опережение»

В ранней версии законопроекта банк мог заблокировать денежный перевод на покупку крипты только в том случае, если получатель находился в специальном черном списке. Теперь условия изменились на «риск-ориентированные» (ст. 21), и при этом стали больше отражать status quo в правоприменительной и судебной практике по блокировкам по 115-ФЗ:

🪐 Банк может заблокировать безналичный перевод, если у него возникнут обоснованные подозрения, что получатель платежа работает с криптой нелегально;

🪐 Отдельно запрещаются переводы за рубеж через пластиковые карты или иностранных посредников, которые обслуживают «серых» крипто-игроков.

Также в рамках российского контура оператора и цифрового депозитария обязали блокировать зачисление токенов, доступных только квалифицированным инвесторам, на счета неквалифицированных. Исключения: зачисление через брокера, по наследству или в доверительное управление (ст. 6 ч. 16, ст. 31).
7. Расширены запреты на продвижение, рекламу и прочие крипто-оферты

Законодатель уточнил ограничения на предложение крипты (ст. 1 ч. 10, 12, 13), теперь в рекламе нельзя:

🪐 Указывать на конкретные цифровые валюты;

🪐 Гарантировать доходность вложений;

🪐 Давать прогнозы по изменению курса (ст. 29² 38-ФЗ).

Между тем изъятие для ВЭД сохранено.
ПРОЧИЕ ИЗМЕНЕНИЯ ЗАКОНОПРОЕКТА О ЦИФРОВОЙ ВАЛЮТЕ И ЦИФРОВЫХ ПРАВАХ
Ко второму чтению предложены следующие правки относительно иных аспектов, выпуска крипты, ЭПР и майнинга.

1. Узаконена оплата «газа» криптовалютой

Сделано исключение из общего запрета на платежи в криптовалюте: теперь технические комиссии блокчейн-сетей официально разрешено оплачивать цифровой валютой, если это напрямую прописано в правилах самой системы (ст. 1 ч. 7 п. 3).

2. Вырезана статья о выпуске крипты в РФ

Полностью исключено положение, которое определяло «выпуск» и «организацию выпуска» цифровой валюты через объекты российской информационной инфраструктуры и национальные доменные зоны. Это не запрет на выпуск крипты в России. Создание новых единиц цифровой валюты теперь регулируется исключительно через майнинг, а легальный режим «выпуска» токенов теперь предусмотрен через выпуск «цифровых прав».

Майнинг


3. Введен прямой запрет на занятие майнингом с непогашенной судимостью

Обтекаемую формулировку «не могут майнить» заменили прямым запретом (ст. 3 ч. 3). Изменение по сути редакционное: круг лиц прежний – ИП с непогашенной судимостью за экономические и ряд других преступлений, лица из перечней 115-ФЗ, юрлица без надлежащей деловой репутации.
4. Разделение надзора за майнингом

ФНС будет контролировать майнеров (соблюдение ст. 3 ч. 3, 4, 6, 11) и часть требований к пулам (ст. 4 ч. 4). Соблюдение требований деловой репутации организаторами майнинг-пулов (ст. 4 ч. 3) будет контролировать отдельный орган, который будет назначен Правительством (предположительно — Минфин).

5. Самозанятым запретили создавать майнинг-пулы

Из прежней редакции исключены «физические лица — граждане РФ, не являющиеся ИП». Организовывать объединения для совместной добычи криптовалюты (майнинг-пулы) теперь разрешено исключительно российским юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям (ст. 4 ч. 1).

Особый режим и экспериментальные правовые режимы


6. Введен «особый режим» для защиты госбезопасности

Правительство получило право вводить «особый режим» оборота цифровых валют в целях защиты конституционного строя, обороны и безопасности государства по согласованию с ЦБ и ФСБ (ст. 1 ч. 19).

7. «Песочницы» поставлены в жесткие рамки

Программы экспериментальных правовых режимов теперь подлежат обязательному согласованию с Росфинмониторингом и ФСБ. Также теперь в них запрещено устанавливать специальное регулирование долговых цифровых финансовых активов (ст. 1 ч. 15 и 16).
Переходный период для адаптации деятельности участников ЭПР к требованиям нового законодательства действует до 1 сентября 2027 года.

Прочие новеллы

8. Долговые ЦФА привязали к букве закона

Само понятие долгового ЦФА теперь не просто описывается как денежное требование (ст. 2 ч. 1 п. 16), но также регламентируются конкретные требования и условия выпуска (ст. 6 и 7).

9. Правила оператора блокчейна разрослись в полтора раза

Вместо 9 базовых пунктов теперь введено целых 16 правил информационной системы оператора: добавлены смарт-контракты, сбор заявок, кибербезопасность, работа с иностранной инфраструктурой и т. д. (ст. 6 ч. 3)

10. Утилитарные цифровые права отвязали от инвестиционных платформ

Выпускать УЦП станет намного проще: закон больше не требует, чтобы они обязательно создавались внутри инвестиционных платформ — теперь достаточно самого факта их выпуска уполномоченным оператором (ст. 2 ч. 1 п. 18). УЦП будут выпускать в информационных системах операторов наравне с ЦФА и ГЦП.

11. Уточнили детальную систему цифровых счетов

Вводится подробная прозрачная структура цифровых счетов (перечень был расширен до 13 видов): от обладателя и номинального держателя до клиринговых субсчетов, транзитных счетов и счетов неустановленных лиц (ст. 22).
 
Закон вступает в силу 1 сентября 2027, отдельные положения про ограничения перевода денежных средств и приема платежей с 1 июля 2027, а нормы касательно предотвращения осуществления сделок с цифровыми валютами без согласия клиента — с 1 сентября 2027 года.
Следить за третьим чтением: t.me/uspenskiy100